Не вижу зла

– Вы видели, как он проделывал это раньше?

– Еще бы. Вот вам наглядный пример. После того как Оскара убили, я решила, что останусь в Гуантанамо как можно дольше. Я хотела быть там, хотела держать открытыми глаза и уши, пока не найду того ублюдка, который проник в наш дом и застрелил Оскара. Лейтенант Джонсон был в числе первых, кто пожаловался непосредственному начальнику Оскара и заявил, что меня следует вышвырнуть с базы, поскольку мое присутствие, дескать, подрывает моральный дух людей.

– Совершенно очевидно: он уверен в том, что вы застрелили своего мужа.

– Я не шучу. А рассказал он вам о том, что хотел, чтобы меня выгнали с Гуантанамо, еще до того,как СКР ВМФ представила свой отчет? Черт, да тело Оскара не успело остыть, а он уже начал делать все, чтобы меня убрали с базы.

– Может быть, он заранее знал, что будет написано в отчете.

Она вопросительно изогнула бровь, и Джек сообразил, какой намек содержался в его замечании.

– Я так рада услышать эти слова из ваших уст, – сказала Линдси. – Приятно сознавать, что я не единственная, кто понимает: к тому моменту, когда я была названа в отчете главной подозреваемой, все уже было решено и механизм фальсификации запущен. Что еще вам поведал лейтенант Джонсон?

– Мне не удалось подробно расспросить его об обстоятельствах смерти вашего мужа. Каждые пять минут юрист из управления начальника военно-юридической службы напоминал ему, что он волен в любой момент уйти, и наконец он воспользовался своим правом.

– С кем еще вам удалось поговорить?

– Больше ни с кем. Все остальные свидетели из моего списка были переведены на другую базу.

– Невероятно. Но заглянуть ко мне домой вы хотя бы сумели?

– Всего на несколько минут. Следователи ушли с места преступления две недели назад. Теперь там живут другие люди. Ваш дом вылизали и перекрасили.

– Вот, значит, как все повернулось? Вы проделали такой путь, чтобы провести одну-единственную беседу и на пару минут задержаться на месте преступления, где уже все изменилось?

– Боюсь, именно так все и выглядит. С того момента, как мы встретились с лейтенантом Джонсоном, командованию базы, по-моему, прямо-таки не терпелось от нас избавиться.

Линдси провела рукой по волосам. Голову она не подняла.

– Это лишь подтверждает то, о чем я говорила с самого начала. Они заняли круговую оборону, потому что боятся, как бы вы не установили настоящую причину убийства Оскара.

– Доказать это будет очень нелегко, но у нас имеется одна важная ниточка. Когда мы с Софией собирались вылететь из Гаваны, нас задержали по приказу кубинского правительства. У них есть один охранник-кубинец, который в момент убийства находился на сторожевой вышке, и его свидетельские показания могут оказаться полезными.

– Кубинский солдат?

– Да. Кубинцы и американцы там постоянно следят друг за другом. Так что нет ничего удивительного в том, что кто-то по другую сторону колючей проволоки мог кое-что заметить.

– Что он видел?

– Я еще не допрашивал его