Бетанкур

Семьям Бетанкура и американского посланника для нормальной жизни постоянно не хватало денег. И не просто не хватало, а не хватало катастрофически! Более дорогого города, чем Петербург, они ещё никогда не встречали. Северная столица могла разорить кого угодно, что уж говорить о скромном американском посланнике, получавшем от своей страны содержание девять тысяч долларов в год, в переводе на русские деньги приблизительно сорок тысяч рублей. При этом американскому посланнику постоянно требовалось устраивать приёмы и званые обеды. Это было немыслимо! К примеру, французский посол в России маркиз де Коленкур располагал суммой в двадцать пять раз большей, чем Джон Квинси Адамс. Экономя на всём, американский дипломат не мог, в отличие от своих европейских коллег, устраивать пышные приёмы, не говоря уже о музыке и фейерверках. Он также испытывал большие затруднения, когда в гости приглашали его самого.

В высшем свете Петербурга было принято каждый раз появляться в новом наряде. А что мог позволить себе скромный посланник, если сам президент Соединенных Штатов Америки в то время зарабатывал двадцать пять тысяч долларов в год?

Второй излюбленной темой бесед мадам Бетанкур и миссис Адаме были взаимоотношения Екатерины Павловны, жены принца Ольденбургского, с грузинским князем Багратионом. Как известно, принц Ольденбургский в это время занимал пост главного директора путей сообщения Российской империи и являлся прямым начальником генерал-лейтенанта Августина де Бетанкура. А Луиза Кэтрин была близка с женой Александра I — царствующей императрицей Елизаветой Алексеевной, не ладившей со вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной и её дочерью Екатериной Павловной. Именно Елизавета Алексеевна распускала по Петербургу слухи о взаимоотношениях между сестрой императора и грузинским князем.

Ещё весной 1809 года, когда Александр I узнал, что и после замужества Екатерины Павловны её роман с Багратионом, вернувшимся из Финляндии, продолжается и ведется интенсивная переписка, он отправил строптивого генерала в Молдавскую армию под начало князя Прозоровского. Но и тогда интимная переписка не прекратилась, а только сделалась ещё более тайной. Хотя что можно было скрыть от петербургского света? Все знали, что жена Багратиона, урождённая графиня Екатерина Павловна Скавронская, внучатая племянница князя Потемкина, под предлогом лечения в 1805 году бросила мужа и уехала за границу.

Пётр Иванович сильно переживал разлуку с женой, но в 1807 году влюбился в другую Екатерину Павловну — родную сестру императора Александра I.

В Европе княгиня Багратион пользовалась большим успехом, приобрела известность в придворных кругах разных стран, родила дочь (как полагают, от австрийского канцлера князя Меттерниха). После смерти Петра Ивановича княгиня вторично ненадолго вышла замуж за англич�